Перейти на сайт Союза фотохудожников Приднестровья

На "союз" можно кликнуть

 

 

  

 

Разделы сайта

Новые материалы

Путешествие 24

Бросок на север

 

Путешествие 23

Крест.

Предварительный финал

 

Путешествие 22

Крест. Продолжение

 

Путешествие 21

Таинственный крест

 

Путешествие 20

В Ташлык с гимназистами

 

 

 

 

 

Размышлизм 31

Послания

 

Размышлизм 30

Гора родила мышь

 

Размышлизм 29

Нас тобою нае@али

 

Размышлизм 28

Академик и сказочные долбо@бы

 

Размышлизм 27

Страна Канцелярия

 

Размышлизм 26

Поэт и голуби.

Раскас типа эсэ

 

Размышлизм 25

Рукожопость

как мировоззрение

 

Размышлизм 24

Приднестровские СМИ

жгут нипадецки

 

Размышлизм 23

Грандиозный успех

 

Размышлизм 22

Цирк на дротi

 

Размышлизм 21

Это какой-то п...ц,

или реминисценция перманентных сублимаций

 

Размышлизм 20

Интервью с профессором Зигфридом Ебанаускасом

 

Размышлизм 19

"...И нету других забот"

 

Размышлизм 18

 Мастер-класс по ИБД (имитация бурной деятельности)

 

Размышлизм 17

Вырождение

 

Размышлизм 16

 Детская фотография. Возвращение?

 

Размышлизм 15

Приднестровская рекламная фотография: зияющие вершины, или полный тухес

 

Размышлизм 14

Монстры отечественного фоторепортажа

 

Размышлизм 13

Вялый член приднестровской фотожурналистики

 

Размышлизм 12

 Срамные танцы на костях

 

Размышлизм 11

Декаданс в приднестровской фотографии

 

Размышлизм 10

Серийный краевед и знатный путеводитель

В. Кудрин из города Бендеры

 

Размышлизм 1

Культура: полный песец

 

Путешествие №24

Бросок на север. Сороки и не только

Начало апреля (точнее, 1 апреля, но не указываю точного числа, чтобы не вызывать неуместных ассоциаций), солнце еще не взошло. Проехав 130 километров, сонные, остановились за Рыбницей размять члены. Или чресла... В общем, что у кого было, то и разминали. Вдоволь поразминав, оглушенные тишиной, уставились на зеркало Днестра. Благостную картину, которую, вероятно, зрил еще Господь наутро шестого Дня Творения, до того, как придумал себе геморрой в виде Адама с Евой, немного портил Коля, булькающий термосом с кофе.

Это мы едем к черту на кулички, в Дондюшанский район Республики Молдова, триста с лишним км в один конец: поступила информация, или, как сейчас принято говорить, «дали наколку», по поводу интересующих нас крестов (см. предыдущие «Путешествия»). Наколка, как потом выяснилось, оказалась тухлой, ну да Бог с ней, главное, есть повод.

 

Еще одна остановка, под Каменкой: заправляемся метаном. В Молдове на газовых заправках метана нет, лишь пропан-бутан какой-то левый, от которого наш автомобиль пучит. Поэтому и маршрут такой проложили: максимально проехать по Приднестровью.

 

Коле кофе не помог...

 

Через мост, что под Каменкой, въехали в Молдову, преодолев при этом богатырскую заставу не в меру подозрительных и суетливых приднестровских пограничников, таможенников и агентов миграционной службы общим числом человек 15. Багажник нашей машины был с пристрастием исследован, наши паспорта тщательно изучены и сверены посредством компьютера с какой-то неведомой базой данных.

Несколько пограничных псов принципиально неопределимой породы в процессе всех этих процедур подобострастно заглядывало нам в глаза и с энтузиазмом виляло хвостами, изредка отвлекаясь на яростное выкусывание блох...  

На молдавском берегу из вагончика под заголовком «Vama» (таможня) выглянул толстый полицейский и в ответ на пароль «Буна диминяца» (доброе утро) вяло махнул рукой: проезжайте.

 

Редкая дорога, по которой командору ездить еще не приходилось. Надо оглядеться.

 

Из проснувшегося села, расположенного прямо по курсу движения, исходили местные жители с граблями и тяпками на плечах... 

 

... и обреченно разбредались по своим наделам.

 

Невдалеке от дороги в селе Кугурешть де Жос (Нижние Кугурешты) меж голыми пока деревьями сверкнуло нечто необыкновенной для наших краев архитектуры. Лихо свернув с «трассы» на кривую улочку, подъехали поближе.

На деревянном кресте, установленном в церковной ограде, вызывающе горели золотом русские буквы: «Крест хранитель всей вселенной».

 

Свет был никакущий, поэтому мы, рысцой обежав церковь по периметру, решили заехать сюда на обратном пути: и рассмотреть получше, и поснимать по-человечески, и расспросить у местных, что к чему.

 

Дорога длиной километров 50, по которой нам предстояло проехать от Каменки почти до Сорок, на карте выглядела достаточно прилично и была обозначена как дорога республиканского значения. На самом деле... Словом, когда мы, наконец, выехали на трассу Кишинев-Сороки, то не удержались и решили, преисполненные чувств, сфотографировать её. «Европа. Класс А», как сказал бы Великий Комбинатор. 

 

За Сороками случился казус: командор пропустил поворот, ведущий к Атакам, и под злобное хихикание команды вынужден был стыдливо сверяться с картой. 

 

Наконец, поворот был найден. И тут стало ясно: весь бюджет дорожного строительства в Республике Молдова на ближайшие лет четыреста был вбухан в упомянутую выше трассу.

Это далеко не самый плохой участок дороги международного (!) значения между Сороками и Атаками: просто мы здесь вышли до ветру. Особо трогательно смотрелся какой-то модный длиннющий двухэтажный автобус, следующий по маршруты «Кишинев  Россия (?)»: вытаращив ветровое стекло, кренясь, как каравелла Колумба под сильным боковым ветром, он, кряхтя, пытался преодолеть колдобины, которые более юркие транспортные средства как-то, пусть и с трудом, объезжали.

Двухэтажные апартаменты?

 

Сёла Сорокского и Дондюшанского районов, в которых мы время от времени спешивались, приятно удивили тем, что местные жители, судя по многим признакам, до сих пор не в курсе «революционных перемен», уже четверть века бурлящих в «Центре»: не знают, что памятники воинам-освободителям  это «тяжкое наследие тоталитарного режима», что их родной язык румынский, а не молдавский...

 

(В скобках робко выскажу весьма крамольную «мысль»: читать написанный кириллицей текст, в котором слова начинаются на «Ы», все же, как ни крути, как-то диковато. Хотя... Кто видел, скажем, казахский текст... Жасасын достық халықтарының – это я с помощью автоматического переводчика перевел «да здравствует дружба народов».

То ли дело китайцы о том же: 长期生活的人民的友谊. Никакой травмы эстетическому чувству.

Но соглашусь, это из меня прёт неизбывный великодержавный шовинизм.)

 

А тут вообще «на языке оккупантов» написано!

 

Мама дарагая! Бетонное - на века! - изображение ордена Октябрьской Революции! Да не загаженное и заплеванное, а свежепокрашенное! Антонеску на вас нету! 

 

Это, конечно, моя больная фантазия, но не слишком ли явно в этой композиции присутствуют цвета национального флага, страшно сказать, России?

 

Кстати, эти ворота в селе Мошана, густо покрашенные в цвета российского флага, оказались крайней точкой нашей «экспедиции»: за ними располагется погост, на котором, согласно упоминавшейся «наколке», нас ждали если не сотни, то уж точно десятки «литовских» крестов.

Как оказалось, никто нас там не ждал. Команда глухо зароптала, возникла контрпродуктивная идея линчевать командора, с энтузиазмом поддержанная всеми, кроме самого командора. Командор был вынужден малодушно обещать по приезду в Тирасполь сдать своего источника информации на поругание.

 

По причине образовавшегося избытка времени заехали в монастырь Рудь, расположенный аккурат неподалеку от дороги, в потаенном ущелье.

Монастырь женский. Тщедушная дежурная по КПП, растопырив руки, стеной стала перед Игорем, пытавшимся проникнуть на территорию в майке. Аргументы Игоря типа, «так ведь жарко же» действия не возымели, пришлось прикрыть срам рубашкой.

 

 

Минут через 20 после нашего приезда, казалось, нерушимая тишина ущелья была взорвана гулом моторов десятка легковых машин и двух микроавтобусов с кишиневскими номерами. Хлопая дверями и оживленно перекрикиваясь, из машин и автобусов высыпали «туристы», гурьбой ввалились на территорию монастыря и шумной грачиной стаей зачем-то расселись на ступенях трапезной. «Вечер переставал быть томным», и мы спешно ретировались.

 

В пику крикливым «паломникам» было решено устроить привал тут же, неподалеку от монастыря, на берегу ручья.

Не знаем, чем там кормили монахини «паломников», но и мы с голоду не пухли.

 

Редкая фотографическая удача: командор пьет ЧАЙ. Командор. В весеннем лесу. На привале. Пьет ЧАЙ. Не фотошоп!

Куда катится мир?

 

Между лесом, в котором прячется ущелье, и околицей села – кладбище, обширное настолько, что нет необходимости хоронить покойников в несколько «этажей».

1936 год, кто забыл – это период лютой румынской оккупации Бессарабии. Румынских текстов на погосте мы не наблюдали.

 

Нынче-то совсем другое дело, нынче «Moldova este Europa», одна латиница только чего стоит!

 

Проехать второй раз за день мимо Сорок и не посетить сорокскую крепость было бы недопустимым манкированием. Тем более, что большая часть членов нашей экспедиции тут еще ни разу не была.

 

Командор здесь был лет 20 назад. Тогда это выглядело так:

Нетрудно заметить, что эти 20 лет даром не прошли.

 

Часть зубцов по верху крепостной стены явно нарастили: раньше их не было. Я долго и задумчиво, с болезненным предубеждением искал разницу между «родными» зубцами и вновь приобретенными. Не нашел. Нет, цветом «новый» камень слегка отличается (еще бы ему не отличаться: более пол-тысячи лет разница в извлечении его из-под земли), но он тот же, взят из того же карьера; раствор же, которым камни скреплены, не отличается вовсе.

 

Глубоко вздыхая снаружи и сильно матерясь внутри, вспомнил нашу родную бендерскую крепость: 

А еще говорят, мастерство, мол, не пропьешь. Еще как, оказывается, пропьешь!... А может, и не было никакого мастерства? Еще при турках кончилось? Так ведь нет же: сколько всего понастроено; это у нонешних «мастеров» руки откуда-то из жопы растут.

Перед братьями-молдаванами как-то неудобно. 

 

 

Что хорошо, то хорошо:

 

«Колпак» одной из надбашенных крыш изнутри: высокий класс!

На камне надпись по-румынски: «2004. Год Штефана Великого и Святого». Наверное, в честь 500-летия со дня смерти господаря, по приказу которого крепость была построена.

 

Коля заявил, что его эстетическое чувство сильно уязвлено «дурацкими колпаками», внутрь крепости брезгливо не пошел и стал крутиться вокруг, фотографируя, что попало.

 

На противоположном берегу Днестра сумрачно притаилась Украина. Ненька...

Как-то летом, полвека уж как, 10-летним пацаном от нечего делать решил съездить на велике системы «Орлёнок» из Карманово Дубоссарского тогда района Молдавской ССР, где жил с родителями, в Павловку Фрунзенского района Украинской ССР, что километрах в четырех, за горкой. Проезжая мимо облупленного проржавевшего придорожного уведомительного знака «Украинская ССР», вдруг подумал: «Ненька». И заплакал светло и сладко. Откуда этому было взяться в ребенке? (Сейчас в этом месте стоит вкопанный в землю бронетранспортер с направленным в сторону Карманово тяжелым пулемётом.)

С тех пор всякий раз, въезжая на Украину и ли хотя бы видя ее издали (а что стоит из Тирасполя увидеть ее? влез на какой-нибудь 9 этаж – и вон она), думаю: «Ненька». Вот только не плачется больше светло, особенно последние годы.

Чего дитё так стоит? А пёс его знает. Одна моя знакомая, выпускница, кстати сказать, института культуры, называет это «принять позЭ»: «Сфотографируй меня на фоне этого, сейчас только позэ приму», –говорила она безропотному мужу и становилась в невообразимо вычурную позу, причем, всегда одинаковую. Как-то показала мне стопку карточек: «Это мы на даче, вот в Париже, а это я на фоне Колизея...». И везде одна позэ. После десятой карточки я уже «смотрел» с закрытыми глазами, борясь с рвотным рефлексом. Впрочем, это я, наверное, уже бурчу по-стариковски.

 

Исполняя утрешний зарок, возвращаемся к странной церкви в Кугурешты де Жос, благо, по дороге. 

 

Ничего не напоминает своими двумя колоколенками? Например, вот эту церквушку на другом краю земли, в Перу:

 

А такой декор на наших православных церквях вы когда-нибудь видели? То-то и оно.

 

Робко заходим «внутрь»:

 

Пальмира, истинный крест Пальмира:

 

Если вкратце, история этой «Пальмиры» такая: церковь стали строить еще в 20-е годы прошлого века, при румынах. Строили-строили, пока не настал 1940 год. Тогдашний батюшка, узнав об ультиматуме советского правительства в адрес королевской Румынии (дескать, пока добром просим очистить территорию, завтра-послезавтра форсируем Днестр, «кто не заховался, я не виноват»), быстренько продал стройматериалы, прихватил церковную кассу и смылся за Прут.

А церковь так и стоит уже почти 80 лет. В новейшие времена в село прислали молоденького батюшку, выпускника семинарии, и строго-настрого наказали строительство завершить. Батюшка построил в церковной ограде маленький домишко, где и ведет пока службы. Видать, копит средства.

На стенах  ни царапинки, не говоря уж о поносных словах, богатая наружная облицовка не тронута, ни клочка бумажки по углам... Признаться, я такого нигде еще не видел. Богобоязненный народ живет в селе Кугурешты де Жос.

 

В проеме окна висят порезанные на разную длину металлические трубы, выполняющие по бедности прихода роль колоколов.

 

В алтарной части висит, прибитый огромными гвоздями, полуистлевший дубовый крест: напоминание о временах 80-летней давности. И не содрали же его при богоборческой-то власти! 

 

Приятный бонус под вечер: это автомобиль батюшки из села Кугурешты де Жос.

 

Опять под Каменкой. Заправляемся и, тихо радуясь, любуемся.

Валентин Катаев о своем друге Юрии Олеше:

«Поучая меня, как надо заканчивать небольшой рассказ, он сказал:

– Можешь щегольнуть длинным, ни к чему не обязывающим придаточным предложением, но так, чтобы оно заканчивалось пейзажной метафорой, нечто вроде того, что, идя по мокрой от недавнего ливня земле, он думал о своей погибшей молодости, и на него печально смотрели голубые глаза огородов. Непременно эти три волшебных слова как заключительный аккорд. «Голубые глаза огородов». Эта концовка спасет любую чушь, которую ты напишешь».

 

По-моему, последняя карточка, которую играючи сделала Олеся тем вечером под Каменкой, вполне способна заменить эти гениальные «голубые глаза огородов». Нет? 

 

 

 

Фотографии О. Михалицыной, А. Паламаря, Н. Феча, В. Иванова

 

 


 

 

 

Другие путешествия 

 

Путешествие №1  Ташлык 

Путешествие №2   Дубоссары, Гояны, Дойбаны

Путешествие №3   Спея, Тея, Токмазея, Красногорка и Бычок

Путешествие №4   Индия

Путешествие №5   Роги 

Путешествие №6   Новая Жизнь, Воронково, Бол. Молокиш, Гараба, Плоть

Путешествие №7   Роги-2

Путешествие №8   Делакеу

Путешествие №9   Днестровск, яхтклуб 

Путешествие №10 Цыбулевка, Гармацкое, Рашково, Валя-Адынкэ

Путешествие №11 Погребы, Пырыта

Путешествие №12 Вадул-Рашков

Путешествие №13 Праздники в селах: Тея, Коротное, Чобручи

Путешествие №14 Гура-Быкулуй

Путешествие №15 Осень: Копанка, Талмазы, Слободзея, Роги, Токмазея

Путешествие №16 Церкви

Путешествие №17 Церкви (продолжение)

Путешествие №18 125 километров войны. Гура-Галбеней

Путешествие №19 Танк у дороги. Чинишеуцы

Путешествие № 20 В Ташлык с гимназистами

Путешествие № 21 Таинственный крест. Рогожены

Путешествие № 22 Крест. Продолжение: Спея, Мерены, Кошерница

Путешествие № 23 Крест. Предварительный финал: Тея, наша Спея, Делакеу

Путешествие № 24 Бросок на север