Перейти на сайт Союза фотохудожников Приднестровья

На "союз" можно кликнуть

 

 

 

 

 

 

Новые материалы

Путешествие 23

Крест.

Предварительный финал

 

Путешествие 22

Крест. Продолжение

 

Путешествие 21

Таинственный крест

 

Путешествие 20

В Ташлык с гимназистами

 

Размышлизм 25

Рукожопость

как мировоззрение

 

Размышлизм 24

Приднестровские СМИ

жгут нипадецки

 

Размышлизм 23

Грандиозный успех

 

Размышлизм 22

Цирк на дротi

 

Размышлизм 21

Это какой-то п...ц,

или реминисценция перманентных сублимаций

 

Размышлизм 20

Интервью с профессором Зигфридом Ебанаускасом

 

Размышлизм 19

"...И нету других забот"

 

Размышлизм 18

 Мастер-класс по ИБД (имитация бурной деятельности)

 

Размышлизм 17

Вырождение

 

Размышлизм 16

 Детская фотография. Возвращение?

 

Размышлизм 15

Приднестровская рекламная фотография: зияющие вершины, или полный тухес

 

Размышлизм 14

Монстры отечественного фоторепортажа

 

Размышлизм 13

Вялый член приднестровской фотожурналистики

 

Размышлизм 12

 Срамные танцы на костях

 

Размышлизм 11

Декаданс в приднестровской фотографии

 

Размышлизм 10

Серийный краевед и знатный путеводитель

В. Кудрин из города Бендеры

 

Размышлизм 1

Культура: полный песец

 

Тягостный размышлизм 12

Беспамятство, или срамные танцы на костях.

 

В год 70-летия Победы у нас придумали провести (терпеть не могу это слово) акцию под названием «Моей семьи война коснулась».

Идея была замечательная: рассказать о своих предках-фронтовиках и проиллюстрировать свои рассказы фотографиями этих фронтовиков. Принять участие мог любой приднестровец; планировалось организовать передвижную выставку и издать книгу по собранным материалам.

Память, «никто не забыт, ничто не забыто», патриотическое воспитание…

И действительно, часть материалов вполне отвечала задачам, прости Господи, акции. А вот другая часть…

Давайте, прежде, чем делать какие-то выводы и давать оценки, внимательно прочтем опубликованное в изданной таки книге и рассмотрим некоторые иллюстрации. Там, где это будет возможно, я постараюсь не поминать всуе имена героев: они тут ни при чем, это их потомки «постарались». 

 

 

Вот что пишет внук о своем деде: «Война для него закончилась в феврале 43-го в решающей битве за Сталинград. Дедушка был тяжело ранен… О войне напоминали и два ордена Славы, которыми он никогда не хвастался».

Уверен, дедушка, в отличие от внука, был скромным человеком, и не хвастался своими двумя орденами Славы по той простой, как вязальная спица, причине, что их у него не было: орден Славы был учрежден Указом Президиума ВС СССР 8 ноября 1943 года, т.е. гораздо позже, чем для дедушки «закончилась война».

(Пусть никого не вводит в заблуждение слово «внук»: дескать, что с малыша взять? «Малышу» сейчас лет 50-60.)

 

 

А это сын об отце: «Ф.С. Щербинин награжден орденом Ленина, орденами Боевого Красного Знамени и Отечественной войны 2 степени, двумя орденами Красной Звезды».

Изучим наградной лист от 17 мая 1945 года на представление Ф.С. Щербинина к ордену Отечественной войны 2 степени: пункт «…11. Чем ранее награжден – орден Красная Звезда, медаль «За оборону Кавказа»: 

Делаем вывод: на 17 мая 1945 года (война уже закончилась) полковник Щербинин был награжден орденом Красной Звезды, медалью «За оборону Кавказа» и представлен к ордену Отечественной войны.

Где же орден Ленина, орден Красного Знамени и еще один орден Красной Звезды? После войны получил? За годы войны - два ордена, а без войны - три, включая два высших? Но допустим. Допустим, после войны, хоть я и сильно сомневаюсь. Ну, так и надо было бы написать: дескать, продолжил службу, за героизм, проявленный там-то и тогда-то, награжден... Вот только Великая Отечественная война, которая «моей семьи коснулась», тут уже ни при чем. 

 

 

Совершенно аналогичный случай: В. Чеботарь рассказал о своем деде Пантелее Гордеевиче, дословно переписав его наградной лист от 31 июля 1945 года, которым тот представлялся к награждению орденом Красной Звезды:       

Все было бы ничего, если бы внук не дописал от себя: «… он был награжден орденом Красной Звезды, двумя орденами Славы…»

Вчитаемся в этот самый наградной лист: «…11. Чем ранее награжден – не награждался». То есть на 31 июля 1945 года Пантелей Гордеевич Чеботарь не был награжден никакими правительственными наградами и уже почти год, как был инвалидом 2 группы, а на момент представления к заслуженной награде работал директором заготконторы в Бендерах.

Когда же он получил два ордена Славы? Да никогда. Это его внук, позоря имя своего деда, приписывает ему мифические награды.

Да и в принципе не мог техник-интендант 1 ранга получить орден Славы: этим орденом награждались только рядовые, сержанты и старшины, а в авиации еще и младшие лейтенанты. Техник же интендант 1 ранга соответствовал званию старшего лейтенанта.

(Вот дались же им эти «два ордена Славы»: на «три», видать, духу не хватает, знают, что полных кавалеров ордена - по пальцам пересчитать, а «два» - ради Бога!)

 

 

«У моего деда есть медали «За взятие Шпандау», «За взятие Варшавы»».

Не было таких медалей. Была медаль «За освобождение Варшавы». 

Там было простое правило: вражеские города «брались» («За взятие Берлина», «За взятие Кенигсберга», «За взятие Вены», «За взятие Будапешта»), не вражеские –  освобождались («За освобождение Варшавы», «За освобождение Белграда», «За освобождение Праги»). Это, кстати, полный перечень медалей подобного рода. 

А насчет Шпандау – так вообще ничего: крепость Шпандау, что на окраине Берлина, 1 мая 1945 года сдалась без боя; учреждать по этому поводу правительственную награду нужды не было.                     

 

«Зоя Александровна Кошевая-Давыдова... в 1941 году, в начале войны добровольно пошла на фронт... Награждена медалями «За отвагу»«За освобождение Варшавы», орденом Красной Звезды, орденом Славы 1-й степени».

Смотрим наградной лист на представление санинструктора Давыдовой к ордену Отечественной войны (этот орден в результате не дали, ограничились «Славой» 3 степени), обращаем внимание на пункты 7 и 11:    

Вот я ломаю голову: какой смысл в том, чтобы хоть чуть-чуть, но приврать? В чем прок? Что, пишущий стесняется того, что его герой ушел на фронт не летом 1941 года, а осенью 42-го? Что его герой - действительно, герой! - награжден не медалью «За отвагу», а медалью чуть ниже рангом - «За боевые заслуги»От этого что, его подвиг меркнет?

Зоя Александровна - настоящая героиня - награждена орденом Славы. Но не 1 степени, а 3 степени (орден Славы 1 степени можно было получить лишь после получения ордена Славы 3 степени, потом 2 степени, и лишь затем – 1 степени. Награжденный орденами Славы всех трех степеней назывался полным кавалером этого ордена. Таковых за всю войну набралось 2672 человека, из которых всего четыре женщины: Журкина, Нечепорчукова, Петрова и Станиелене). 

И что, написать правду, считает пишущий, - принизить подвиг героя? 

 

 

Об И.И. Бурсаке: «В конце 1942 года его отправляют на фронт. Ему дают батальон, и с ним он освобождает Крым, Прибалтику… В 1943 году приказом командира полка комбат Иван Бурсак был награжден орденом Великой Отечественной войны 1 степени за то, что поднял батальон в атаку и лично уничтожил 2 вражеских дота и около 50 фашистов».

Начать с того, что такого ордена – «Великой Отечественной войны» – никогда не было. Был орден Отечественной войны. Ну да ладно.

Теперь изучаем наградной лист от 19 апреля 1944 года:    

 Из документа следует, что:

-   Иван Исаевич Бурсак на фронте с 8 октября 1943 года (а не с «конца 1942-го»);

-   должность у него была «адъютант старший 2 стрелкового батальона» (а не «командир батальона»);

-   подвиг свой совершил 8-9 апреля 1944 года (а не «в 1943 году»);

-   50 фашистов уничтожил «двумя неполными ротами» (а не «лично»).

И наградили И.И. Бурсака за этот подвиг не орденом Отечественной войны 1 степени, как ходатайствовал командир полка, а орденом Отечественной войны 2 степени (приказ по 13 гвардейскому стрелковому корпусу № 42/н от 23 мая 1944 года).

В чем смысл? Твой дед – настоящий герой. Гордись им. Зачем же пачкать его святое имя этими дешевыми выдумками?

 

 

Автор статьи пишет о Вере Демьяновне Мамчиченко как о «первой в СССР женщине-снайпере». При этом сам автор уточняет: Вера Мамчиченко стала снайпером ПОСЛЕ боев на Кавказе, т.е. в 1943 году. Для справки: снайпер Людмила Павличенко до июля 1942 года успела настрелять 309 гитлеровцев; так и она не была «первой в СССР женщиной-снайпером».

Мамчиченко же с первых дней войны служила медсестрой, что, конечно, никак не принижает ее героизма: один только орден Красного Знамени, полученный ею в страшном 1941 (!) году, чего стоит! Снайпером же она стала в 1944 году.

Утверждается также, что Вера Мамчиченко, кроме прочего, награждена орденом Красной Звезды и медалью «За боевые заслуги». Рассмотрим «парадный» портрет Веры Демьяновны, сделанный где-то в 60-е – 70-е годы:      

Как видно, орден Красного Знамени на груди Веры Демьяновны есть, медали «За отвагу»,«За победу над Германией»«За оборону Кавказа»«20 лет Победы в Великой Отечественной войне», какой-то иностранный, наверное, болгарский орден, даже нагрудный знак «Почетный донор» - есть. Ордена Красной Звезды и медали «За боевые заслуги» - нет.

У фронтовиков считалось большим грехом носить чужие награды. У многих же авторов статей в анализируемой книге не считается зазорным приписывать героям этих статей чужие ордена и медали.

(Более позднее примечание, спасибо, подсказал читатель сайта С. Шевченко: орден, действительно, болгарский - крест «За храбрость» 4-й степени. Вера Демьяновна является первой женщиной, награжденной этим орденом.)

 

 

К сожалению, среди материалов книги есть и примеры резкого принижения заслуг героев. К сожалению, потому что любая неправда – плохо, недостойно памяти. Пример тому – гвардии старшина Павел Телятников.

Автор статьи почему-то ограничивается лишь упоминанием о награждении Телятникова орденом Отечественной войны 2 степени, а между тем Телятников, кроме этого ордена, был награжден орденом Красного Знамени (31 августа 1944-го) и двумя орденами Отечественной войны 1 степени (1 февраля и 23 мая 1945 года). Настоящий герой! Из описанных в книге, кроме генерала Вершигоры и полного кавалера орденов Славы Крачевского – самый заслуженный. Но наш автор по какой-то причине об этом ни слова. Не знает? Ну, тогда зачем же браться писать о том, чего не знаешь?

«На фотографии, сделанной в самом конце войны, старшина Телятников запечатлен при полном параде, с орденами и медалями». Наш автор настолько не любознателен и настолько «не в теме», что не понимает: медалей на груди героя нет: есть два ордена Отечественной войны (третий еще не успел получить) и орден Красного Знамени.                  

 

Подобных примеров тщеславных приписок и досадных неточностей книга дает еще много. Чтобы не утомлять читателя, ограничусь лишь вышеприведенными.

 

 

 

Как мы помним, рассказы о героях должны были иллюстрироваться фотографиями. Цель, конечно, благородная: мы должны помнить своих славных предков в лицо.

 

В одном из очерков рассказывается об известном уроженце с. Ташлык фронтовом кинооператоре Ф.И. Печуле. В частности, сообщается, что погиб он в 1941 году, а в 1940 году был награжден орденом Красного Знамени. Текст иллюстрируется фотографией, под которой написано: «Ф.И. Печул».

Рассмотрим этот фотоснимок. На нем изображен советский офицер с кинокамерой в руках - все, вроде, правильно: фронтовой кинооператор. Вот только на плечах офицера – погоны, а на груди – орден Красной Звезды.

Как всем известно, погоны в Красной Армии были введены в январе 1943 года. Следовательно, Ф.И. Печул, погибший в ноябре 1941 года, не мог их носить. Ф.И. Печул не был награжден орденом Красной Звезды, следовательно, не мог носить его на своей груди.

Вывод: в книге опубликован фотоснимок кого угодно, но только не Ф.И. Печула.

Память, говорите? В чем память-то? 

 

 

Летним днем 1942 года героиня рассказа, проживавшая в Слободзее, увидела, как через село шли «измученные и в бинтах» советские солдаты, среди которых она узнала своего мужа - Федора Болокана.

Оставим в стороне вопрос: каким образом летом 1942 года через Слободзею могли идти советские солдаты, когда линия фронта была в тысячах километров восточнее, в частности, под Сталинградом? (Может, это были пленные? Нет, из рассказа это не следует.)

Автор статьи пишет о том, что это была последняя встреча героев рассказа – Ф.А. Болокана и его жены Любови. При этом иллюстрирует свой рассказ фотографией, на которой якобы запечатлены «Ф.А. Болокан с супругой».

Не думаю, что эта фотография была сделана в 1942 году на оккупированной румынами территории. А когда? Раньше? В 1941-м? А откуда же на плечах «Ф.А. Болокана» погоны , если, как мы знаем, их ввели лишь в январе 1943 года?

Вывод: на фотографии изображен не Ф.А. Болокан.

Это что, «память обо всех двадцати миллионах, не вернувшихся с войны, и о нем – Федоре Андреевиче Болокане, который пожертвовал собой ради будущего», как с надрывом пишет автор статьи? Или это надругательство над памятью?  

 

 

Авторы статьи рассказывают о своем прадеде: в 1944 году его, жителя Бессарабии, мобилизовали в Красную Армию, – и иллюстрируют свой рассказ фотографией, на которой изображен их прадед в РУМЫНСКОЙ военной форме.

Сдается мне, что прадед ушел на фронт не в 1944 году, а несколько раньше. И не в Красную Армию, а в Королевскую румынскую. И пришлось ему, бедолаге, узнать на Восточном фронте, почем фунт лиха. А уж когда наши взяли Бухарест и король Михай объявил своему вчерашнему пылкому союзнику Германии войну, тогда, не исключено, и стал воевать прадед против немцев.

Обычная история. Ну, так и опишите ее! Кто ж вам кривое слово скажет? Попал ваш прадед в жернова истории, как и миллионы других, ну, так расскажите, как было, а не выдумывайте басни. 

 

 

Герой рассказа – Николай Бондаренко – как следует из текста статьи, весной 1944 года проживал в Одессе и 11 апреля был призван в Красную Армию. Рассказ иллюстрируется фотографией, сделанной, как утверждает автор, в марте 1944 года. На фотографии, в частности, изображен Н. Бондаренко в форме солдата РККА. 

Вопрос: как в марте человек мог быть одетым в военную форму, если в армию он был призван в апреле?

Второй вопрос: каким образом группа советских солдат и офицеров могла быть сфотографированной в Одессе в марте 1944 года, если Одесса была освобождена 10 апреля 1944 года?

 

 

Вот вроде ж очерки в книгу писали взрослые люди. А, порой, читаешь, и диву даешься: а в школу-то они ходили?

 

Об отце (!): «Он родился 8 ноября 1916 года… Принимал участие в освобождении Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии (т.е. речь идет о 1944-45 годах). В то время родителям было всего по двадцать лет».

Не могло быть отцу 20 лет в 1944 году, если он родился в 1916-м.

 

Автор статьи пишет о своем герое: «Родился в далеком 1884 году… На фронт его призвали в самом начале войны. Ему тогда было 47 лет».

Не могло быть герою 47 лет в 1941 году, если он родился в 1884-м.

 

«Мой двоюродный дед родился 17 мая 1927 года. Ему было всего четырнадцать лет, когда началась война с Японией».

Автор статьи считает, что война между Советским Союзом и Японией началась не в августе 1945 года, а в 1941 году. Бог ему судья.

 

«Пять лет, пять нескончаемых лет длилась война!»

Ну да. С июня 41-го по май 45-го – как раз 5 лет. Нескончаемых.

 

«В конце августа 1944 года немцев прогнали к городу Яссы в Румынии».

К городу Яссы немцев прогнали не в конце августа 44-го, а за пять месяцев до этого – в конце марта. 

 

О Парканах: «Через несколько дней после начала войны в село вошли румыны».

В Тирасполь румыны вошли 8 августа. Не думаю, что в Парканы, находящиеся от Тирасполя в паре километров, они вошли гораздо раньше, буквально «через несколько дней после начала войны».

 

«Принимал участие в штурме Берлина и Праги. Окончил войну в городе Бухаресте».

Прага штурмом была освобождена 9 мая. Война закончилась в ночь с 8 на 9 мая. Как можно «окончить войну в Бухаресте», принимая при этом участие в штурме Праги?

 

«…Тракайский район города Вильнюса».

Говорить так – то же, что «Григориопольский район города Тирасполя».

 

«… старший лейтенант Тираспольского укрепрайона был назначен комендантом 6 мотомеханизированного корпуса, который был подчинен председателю военного трибунала Симоненко и прокурору Руденко…»

Корпуса в РККА «подчинялись» не председателям трибуналов и прокурорам, а вполне себе боевым генералам. Так, 6 механизированный корпус в начале войны «подчинялся» генерал-майору М.Г. Хацкилевичу. 

 

«В порту Ялты нас покормили и отправили на Перекоп в свою 321 дивизию, которая прикрывала дорогу Симферополь – Ялта при отходе наших войск на Севастополь».

Свое «недоумение» проиллюстрирую аналогией: «Нас отправили в Рыбницу в дивизию, которая прикрывала дорогу Тирасполь – Слободзея при отходе наших войск на Бендеры». Правда, странно? Так вот вышеприведенная цитата ничем не отличается по степени «странности»; кто сомневается – географическая карта в помощь:     

Автор пишет: из Ялты их отправили на Перекоп, чтобы прикрывать дорогу Симферополь – Ялта, по которой отходили наши войска на Севастополь. У наших войск, судя по рассказу, не было топографических карт, и поэтому вместо того, чтобы отступать к Севастополю по равнине, на худой конец, по слегка холмистой местности предгорий, они пошли через горы, дорогой, что в два раза длиннее.         

Ну и дорога Алушта – Ялта – Севастополь – это просто «мечта» отступающего: справа отвесная стена Крымских гор, слева море, пара вражеских бомбардировщиков – и всё в кровавый фарш.          

И в Перекопе, конечно же, было удобнее всего прикрывать дорогу между Симферополем и Ялтой.

 

«С начала и до конца войны прабабушка участвовала в боевых действиях на Третьем Украинском фронте».

Третий Украинский фронт был сформирован 20 октября 1943 года. Никто не мог участвовать в его боевых действиях «с начала войны».

 

«В 1943 году через реку Днестр был переброшен понтонный мост с одного берега на другой, и моя бабушка со своими товарищами освободила село Суклея, где я сейчас живу».

Для того, чтобы «освободить село Суклея» не требуется никакого моста, т.к. оно расположено на восточном берегу Днестра, а Красная Армия наступала как раз с востока. Вот если бы Суклея находилась на правом, западном берегу, тогда да, потребовался бы мост.

Странно, что человек, живущий в Суклее, искренне считает, что его село было освобождено от фашистов не в апреле 1944-го, а в 1943 году.

«За освобождение нашей Суклеи моя любимая прабабушка была награждена медалью «За доблесть и отвагу».

Не было такой медали. Была медаль «За отвагу».

Надо признать, прабабушка была награждена медалью, но не «За доблесть и отвагу» при освобождении Суклеи, а «За оборону Кавказа» при обороне Кавказа. Трудно проявить отвагу, будучи счетоводом 25-го управления оборонного строительства, каковым счетоводом бабушка служила. Это вовсе не в упрек, уверен, замечательному человеку – прабабушке нашего автора. Это о тупом равнодушии нашего автора. И его очковтирательстве.

 

О ветеране войны: «…призывал быть добрыми, справедливыми и хранить мир, ради которого полегли сотни советских солдат».

Не десятки миллионов, не миллионы, не сотни тысяч, не десятки тысяч, а СОТНИ. Сотни советских солдат погибли на фронтах Великой войны. Якобы так говорил ветеран этой войны.

 

 

 

Однако, более всего удручает пустая никчемная БОЛТОВНЯ, составляющая бОльшую часть объема книги. Авторы статей с целью сохранения памяти о Великой войне и ее героях взялись писать о своих отцах, дедах и прадедах. И вот что из этого во многих случаях получилось.

 

Некая дама откликнулась на призыв рассказать о фронтовиках, об их воспоминаниях о Великой войне, и поведала нам о своих знакомых Вере Михайловне и Антоне Васильевиче.

За многообещающим заголовком «Остаются в памяти мгновения войны» последовало: «Без любви на войне побед бы не было. Женская красота – это щит и меч. И действительно: женщина на войне – это сама жизнь, ее присутствие несут с собой тепло, нежность, покой и любовь, без которых счастье для людей немыслимо. Именно за любовь и счастье должны сражаться настоящие мужчины.

Но наша героиня, Вера Михайловна, которая прошла нелегкими дорогами войны под свист пуль и взрывы снарядов, решила рассказать не о себе, а о своем муже, Антоне Васильевиче, ветеране Великой Отечественной войны, награжденном многими орденами и медалями. С нежностью и добротой вспоминает она его».

Что же якобы вспомнила Вера Михайловна?

«В страшно напряженных фронтовых условиях зарождалась дружба с молодым солдатом, который заряжал батареи (???). Почти всю войну они прошли вместе. Только в конце войны юноша признался в любви и предложил выйти за него замуж».

Всё. Про войну всё. Там еще есть слова о частичке души, оставленной на швейной фабрике, быстротечности времени, активной гражданской позиции…

«Ёмкий» рассказ заканчивается следующим образом: «Жизнь таких людей – это память, это пример для подражания. Поэтому очень важно, чтобы молодежь чаще встречалась с живыми свидетелями тех времен, пока это еще возможно…»

Вот такой вот «раскас» по результатам встреч «с живыми свидетелями тех времен». Перехватила автор статьи из слабеющих рук ветерана бесценный груз памяти о Великой войне, донесла его, спасибо, до нас. Наше понимание, наши знания о Победе и ее творцах сильно приумножились.

Ну, вот как объяснить таким «авторам», что подобная беспредметная приторная патока унижает наших героев, низводя их образы до уровня пошлых обитателей «Санта-Барбары» и «Дома-2»?

Как объяснить, что война, участие в ней, смерть, возможная в любой момент, невыносимый беспрерывный страх и мужество его преодоления, горе потери друзей, боль, пусть даже «легкого», ранения не имеют ничего общего с этим сиропом под заголовком «Остаются в памяти мгновения войны».

Как объяснить подобным авторам, что уважение к ветеранам должно проявляться, кроме прочего, в знании их подвига и сохранении памяти о нем. Не выдумывании, не сочинении небылиц, а сохранении памяти о том, что на самом деле БЫЛО.

Например, что Антон Васильевич не «заряжал батареи», а был телефонистом третьего дивизиона 142-й артиллерийской бригады 33-й армии 1-го Белорусского фронта, что он участвовал в битве за Берлин, что за два дня боев В КОНЦЕ АПРЕЛЯ 1945 года, под огнем противника он устранил 17 порывов телефонной линии, что 11 мая 1945 года за это был награжден медалью «За отвагу». Я думаю, чуть позже он был еще награжден медалью «За победу над Германией» и «За взятие Берлина», а если дожил до 85-го – то еще и орденом Отечественной войны 2 степени (не «многими орденами и медалями», а именно этими). Что призван он был в августе 1943 года и начал воевать на Западном фронте, и было ему тогда 18 лет. Что повезло ему страшно: не был ни разу ни ранен, ни контужен. И что войну он закончил младшим сержантом. Все это можно было бы узнать, если бы хоть чуть-чуть захотеть.

И неплохо бы для сохранения памяти указать в статье девичью фамилию Веры Михайловны, на каких фронтах они с будущим супругом воевали, в каких сражениях участвовали, какие героические поступки совершили, сколько им лет, наконец, было. Не бессмысленные и бесплодные рассуждения о том, что «женская красота на фронте – щит и меч», а простую правду. (Как, кстати, автор это себе представляет? Ну, сразить немецко-фашистского оккупанта женской красотой еще можно, не до смерти, конечно, но можно («меч»); но как женской красотой можно заслониться («щит») от пули или штыка?).

Да и фотографию из уважения к памяти можно было бы дать именно Антона Васильевича, а не какого-то неизвестного мужчины.     

Почему я считаю, что на представленной фотографии изображен не Антон Васильевич? Элементарно: он был призван в ряды РККА в августе 1943 года, на фотографии же – мужчина в военной форме довоенного образца; Антон Васильевич был телефонистом в артиллерийских войсках, изображенный же мужчина – военный музыкант. Может, Антон Васильевич призывался до войны и служил в духовом оркестре, а уж в 1943 году стал телефонистом? Нет, потому что он 1925 года рождения, и до войны ему было совсем мало лет.

В общем, форменный ЗОЖ. 

 

 

Или: «Великая Отечественная война стала тяжкой ношей в жизни миллионов людей. Я благодарю Бога… Какой большой ценой… История забывает имена… В каждой семье есть старый альбом… В нашем альбоме есть выцветшая черно-белая фотография… Суровый волевой взгляд… Фотографии почти семьдесят лет… Семейная реликвия очень дорога мне… частичка семейной истории, ее забывать нельзя… Гордость, которую не передать словами… Мой дедушка был старшим ребенком в семье… Родители работали в колхозе…»

И вот, наконец-то, собственно, об участии дедушки в войне, ради чего писалась статья и издавалась книга:

«С началом войны многих забрали на фронт. Пошел и мой дед. Сколько же горя принесла эта война! Не передать, как тяжело было в те страшные годы! Но, к счастью, мой дед, пройдя всю войну, возвратился домой! Живой! Наперекор всем бедам, трудностям, нужде он выстоял, выдержал, выжил».

Всё. И здесь про войну всё.

 

 

Или: «Мой прадед воевал на Белорусском фронте в пехотных войсках. Был офицером гвардии. Много крови пролилось. Настал один из наиболее тяжелых боев. Необходимо было удержать высоту. Она решала исход битвы. Противник направил большое количество танков, пушек, самолетов. Стоял страшный гул, рев моторов. Казалось, не будет конца этому аду. Прадед вместе с другими бойцами наступали дальше. И вот в самом разгаре наступления появились самолеты с черными крестами. Это были немецкие бомбардировщики. Во время бомбардировки прадед был смертельно ранен. Вот так оборвалась его жизнь».

Исчерпывающая картина! «Та-та-та-та, бабах, бабах! Страшный гул, рев моторов, черные кресты!» А где это было, когда это было?... Видно, считает автор статьи, это не важно. Главное, «рев моторов и страшный гул».

 

 

«Мы стоим во дворе деревенского дома и взором сопровождаем клин белых журавлей... глядя на этих бесстрашных птиц... что солдаты, погибшие... превращаются в птиц... услышав курлыканье журавлей, мы выбегаем во двор...»

Это человек рассказывает о своем деде...

Мне 60 лет. По образованию биолог. Всю жизнь прожил здесь. Один раз в жизни, в детстве, видел клин серых журавлей. Не белых. Белых журавлей (стерхов) у нас увидеть в принципе невозможно: они крайне редки, гнездятся в Сибири, а зимуют в Индии и Китае.

А как же это: «...не в землю нашу полегли когда-то, а превратились в белых журавлей»? Так это стихотворение, художественный образ, созданный большим поэтом. Стань и ты поэтом, и создавай свои (а не тырь чужие) художественные образы. А пока ты ж пишешь о своем конкретном деде. Ну, и пиши о нем, а не пересказывай коряво Гамзатова.

 

 

Якобы. Якобы! «Пишу вам из далекого 1942 года. Дорогие мои будущие дети, внуки, правнуки! Мне всего 19 лет. А сколько пришлось пережить! Спасибо добрым людям: устроили на работу на телеграф в город Молотов (теперь г. Пермь)».

Дальше идут пафосные восклицания, типа «дети, я завещаю вам беззаветную преданность Родине! …живите под мирным небом! … надеюсь, что доживу до освобождения нашей Родины!»

А теперь прочтем ЭТО еще раз, имея в виду, что город Молотов был переименован в г. Пермь в 1957 году... «Теперь г. Пермь», - якобы пишет 19-летняя девушка «из далекого 1942 года».

Ну что ж это за свинство такое?! Зачем считать меня, читателя, полным олигофреном?

 

 

По словам автора статьи, его отец, фронтовик, «написал в одной из публикаций в конце 1980 годов: «Какие черты нашего народа помогли одолеть врага? Терпение. Мужество. Величайшая стойкость. Любовь к отечеству. Пусть эти черты всегда нас сопровождают».

Сравним: «Материал для подготовки к ЕГЭ по русскому языку на сайте nsportal.ru›shkola/russkiy-yazyk/library/

«…чертах нашего народа, которые помогли одолеть врага. Это терпение, мужество, величайшая стойкость, любовь к отечеству. Пусть эти качества всегда нам сопутствуют».

У автора статьи, получается, слов про отца нет. Поэтому он их тырит в интернете, да еще приписывает это воровство отцу. Ай, маладэс!

 

 

Или: «Сын Андрея Васильевича рассказал нам о воспоминаниях своего отца в этой операции:

«Неудержимо и мощно катился вал нашего наступления на южном фланге советско-германского фронта, и вот она, река Прут, охваченная буйным весенним половодьем. «Здравствуй, родной рубеж!», - так говорили воины 2-го Украинского фронта, первыми вышедшие 26 марта 1944 г. на государственную границу Отчизны. Никто из них не чувствовал холода, никто не обращал внимания на минометный обстрел с противоположного берега» и т.д.

Сравним с книгой «Освобождение Юго-Восточной и Центральной Европы войсками 2-го и 3-го Ураинских фронтов 1944-1945. Издательство «Наука», Москва, 1970», глава 1:  

«Неудержимо и мощно катился вал нашего наступления на южном фланге советско-германского фронта, и вот она, река Прут, охваченная буйным весенним половодьем! - Здравствуй, родной рубеж! Так говорили воины 2-го Украинского фронта, первыми вышедшие 26 марта 1944 г. на государственную границу Отчизны. Никто, однако, не чувствовал холода, никто не обращал внимания на минометный обстрел с противоположного берега» и т.д. 

 

 

Вот это я и называю срамными танцами на костях. 

Вот, ругаемся мы, проклятые буржуины фальсифицируют историю! А мы чем занимаемся? Нет, не по злобе, конечно. По запредельной глупости и лености мысли и души. И что, наша фальсификация от этого красивше?

 

 

И последнее: об организаторах республиканской акции «Моей семьи война коснулась». Что бы думал я, окажись на их месте, чем бы руководствовался, беря на себя ответственность?

Слаб человек, думал бы я. Терзаем пороками. Гордыни, тщеславия… И мы, организаторы, все равно говорим ему (потому что больше ведь все равно некому): «Ушли наши отцы и деды, ушли те, кто по-настоящему помнили. Мы с тобой – последние, кто помнит их, их лица, их рассказы. И мы ведь тоже рано или поздно ласты склеим. Давай попытаемся записать, сохранить для наших детей хоть эти свои куцые воспоминания, если ума не хватило записать и сберечь ИХ воспоминания».

Мы тут, говорим мы ему, затеяли одну, прости Господи, акцию, выставку собираемся сделать, книжку издать… Ты давай, присылай нам, что помнишь, фотокарточки своих дедов шли, а мы уж тут не подкачаем, все сделаем в лучшем виде. Только, знаешь, не надо этих соплей на сахарине типа того, что ты чувствуешь, когда видишь в небе стаю белых журавлей, тем более, что об этом уже давно и гораздо лучше тебя рассказал Расул Гамзатов.

А что это означает – сделать в лучшем виде? А это означает, что мы, люди грамотные, образованные, бережно отделим зерна от плевел, правду или хотя бы правдоподобие от бахвальства и лжи. Потому что мы, если уж взялись за это святое дело, обязаны стать фильтром между (см. выше) слабым, терзаемым пороками, недалёким, малообразованным, но носителем некоего бесценного знания, и результатом, той же книгой, например.

Книга, сочащаяся гноем глупости и вранья – это не то, что заслужили наши деды, говорим мы сами себе, и засучиваем рукава перед кипой полученных материалов: это надо уточнить, это поправить, это выкинуть, по поводу этого надо проконсультироваться со специалистом…

 

Ага, ага... Знаете, кто организовывал акцию? Кто отбирал материалы, редактировал их, составлял книгу? Приднестровские СМИ, бессмысленные и, как я уже докладывал, бессмысленные. В лице ГУ «Приднестровская газета» с тремя (!) входящими в его, ГУ, состав республиканскими газетами.

Оргкомитет акции, художественный совет акции, дирекция ГУ, три главных редактора, ответственные секретари, десятки корреспондентов, редакторов, корректоров, та всi ж з вищою освiтою... Гора родила мышь. 

 

P.S.:

 

Руководство Госслужбы по культуре посетило фотовыставку «Моей семьи война коснулась». Руководству нравится, руководство не видит причин для волнения... По-моему, руководству просто пох...

 

 

Другие размышлизмы:

 

Размышлизм 1   Дерзкое выступление перед творческой интеллигенцией

 

Размышлизм 2   Музеи переориентируют на предоставление удовольствий!

 

Размышлизм 3   Война сельским библиотекам объявлена. Всем ховаться

 

Размышлизм 4   Главное, прокукарекать, а там хоть не рассветай 

 

Размышлизм 5   Главное, прокукарекать. Часть 2 

 

Размышлизм 6   Главное, прокукарекать. Часть 3

 

Размышлизм 7   Главное, прокукарекать. Часть 4 

 

Размышлизм 8   Главное, прокукарекать. Часть 5 заключительная

 

Размышлизм 9   Приднестровские СМИ. Бессмысленные и бессмысленные

 

Размышлизм 10 Серийный краевед и знатный путеводитель В. Кудрин

 

Размышлизм 11 Декаданс в отечественной фотографии. С картинками

 

Размышлизм 12 Беспамятство, или срамные танцы на костях  

 

Размышлизм 13 Вялый член приднестровской фотожурналистики

 

Размышлизм 14 Монстры отечественного фоторепортажа

 

Размышлизм 15 Приднестровская рекламная фотография: зияющие вершины,

                          или полный тухес 

 

Размышлизм 16 Детская фотография. Возвращение?

 

Размышлизм 17 Вырождение 

 

Размышлизм 18 Мастер-класс по ИБД (имитация бурной деятельности)

 

Размышлизм 19 "...И нету других забот"

 

Размышлизм 20 Культурное захолустье: интервью с профессором Зигфридом                             Ебанаускасом